Иностранный язык может поменять нашу жизнь и без эмиграции. Когда мы начинаем часто его использовать, например на работе для общения, у нас появляется опыт, которого в «русскоязычном» кластере памяти нет.
Кроме того, мультинациональные корпорации имеют свою внутреннюю культуру, которую они передают и даже делают обязательной для всех сотрудников. Часто — на английском языке. Иностранный язык создаёт ассоциативную связь с этой культурой. В ней человек живёт на работе как минимум восемь часов в день. И со временем этот опыт начинает занимать существенную часть внутреннего пространства. Со своими эмоциями, реакциями и решениями.
В эмиграции ситуация может становиться сложнее. На одном языке мы разговариваем дома. С коллегами используем другой. На третьем решаем вопросы в школе, у врача или в государственных учреждениях, если эмигрировали в страну с другим языком. На каком-то языке мы дружим, на каком-то влюбляемся, ссоримся, работаем или растим детей.
Разные люди, отношения, периоды жизни и эмоциональные состояния оказываются крепко связаны с разными языками.
То есть каждый язык может вести к несколько разным частям собственного опыта, в которых мы и сами себе выглядим по-разному.
На каком языке мы вспоминаем себя
Участников эксперимента с русско-английскими билингвами просили вспоминать события их собственной жизни. А интервью проводили либо на русском, либо на английском языке.
Оказалось, что, когда интервью проводили на русском, чаще вспоминались события, связанные с русскоязычным периодом жизни. При разговоре на английском — с англоязычным.
Человек, конечно, при этом помнит свою жизнь целиком. Оба языка ему доступны. И оба кластера воспоминаний. Но сам язык вопроса как будто естественно достаёт из памяти воспоминания, полученные именно на нём.
В других исследованиях билингвов обнаруживались похожие эффекты: язык, на котором человек вспоминает и рассказывает о себе, может влиять на содержание автобиографического рассказа и на то, какие стороны собственного опыта оказываются в центре внимания.
Если разные периоды жизни проходили на разных языках, вместе с воспоминаниями могут становиться доступнее и разные состояния себя в этих воспоминаниях.
Это всё тот же человек. Но собственный образ себя в этих отношениях и периодах жизни может заметно различаться.
Язык становится одним из путей к этим различиям. Каналом к воспоминаниям.
Язык, эмоции и психотерапия
В психотерапии связь языков и эмоций становится особенно заметной.
В исследованиях многоязычных клиентов люди рассказывали, что переключаются между языками в зависимости от того, о чём говорят и что при этом чувствуют.
Особенно это проявлялось вокруг травматического опыта, стыда и сильных эмоциональных переживаний.
Иногда второй язык позволял говорить о чём-то с большей дистанции. Эмоциональный опыт, оставаясь доступным, при этом становился менее захватывающим.
Бывало и обратное. Переход на родной язык приближал к переживанию эмоций. Вместе со словами могли становиться доступнее интонации, воспоминания, телесные ощущения и эмоциональные оттенки, которые на другом языке ощущались слабее.
В качественном исследовании билингвальных психотерапевтов участники тоже замечали переключение языков в моменты сильного аффекта. То есть, например, при разговоре о смерти, травме и сновидениях. Они описывали и различия в том, какие ценности и стороны идентичности проявлялись у клиентов на разных языках.
Получается, что смена языка в разговоре с психологом или психотерапевтом может менять слова, которыми человек описывает эмоциональное переживание, дистанцию до него, интенсивность аффекта, доступные воспоминания и то состояние себя, из которого человек о происходящем говорит.
На разных языках мы можем по-разному переживать себя
Особенно заметным это может стать после многих лет эмиграции.
Русский, например, может оставаться языком детства, родителей и ранних отношений. Профессиональная жизнь последние «пятнадцать лет» могла проходить преимущественно на английском. Близкие отношения последних «десяти» — например, на польском или немецком.
А вместе с этой жизнью менялся и сам человек.
И переход между языками может становиться одновременно переходом между разными способами воспринимать самого себя.
Это непосредственно касается психологической работы. Если вся сессия проходит только на одном языке, некоторые переживания приходится переводить на него из другого контекста собственной жизни.
Вместе с переводом может меняться эмоциональная близость материала и доступ к тому состоянию себя, в котором этот опыт возникал.
На каком языке проходить терапию
Если вы выбираете, на каком языке проходить терапию, и один из ваших родных языков — русский, для работы с психикой может быть важно, чтобы психолог вёл сессии на русском.
Язык — это часть работы. Его семантическое поле, связанные с ним воспоминания, отношения, эмоциональные оттенки и образы себя могут многое рассказать о том, как проходит адаптация в эмиграции, почему нежелательные сценарии продолжают повторяться или почему формируются новые.
Если вы постоянно используете другие языки, они уже могут быть связаны с существенными частями вашей жизни и разными образами себя в вашем собственном внутреннем восприятии. Тогда имеет смысл использовать эти языки непосредственно на сессии и быть понятым на них.
А иногда само переключение языка становится материалом для работы.
В своей практике я использую русский, английский и польский языки. О работе в Кракове — очно и онлайн — подробнее на странице психолог в Кракове на русском языке. Об онлайн-работе с людьми из других городов и стран — на странице русскоязычный психолог онлайн.
Каждый из языков может оказаться ещё одним путём к определённой части себя самого.
Исследования
- Marian, V., & Neisser, U. (2000). Language-dependent recall of autobiographical memories. Journal of Experimental Psychology: General, 129(3), 361–368.
https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/11006905/ - Marian, V., & Kaushanskaya, M. (2007). Language context guides memory content. Psychonomic Bulletin & Review, 14, 925–933.
https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/18087961/ - Marian, V., & Kaushanskaya, M. (2008). Words, feelings, and bilingualism: Cross-linguistic differences in emotionality of autobiographical memories. The Mental Lexicon, 3(1), 72–90.
https://www.jbe-platform.com/content/journals/10.1075/ml.3.1.06mar - Dewaele, J.-M., & Costa, B. (2013). Multilingual clients’ experience of psychotherapy. Language and Psychoanalysis, 2(2).
https://journals.ed.ac.uk/languageandpsychoanalysis/article/view/1591 - Costa, B., & Dewaele, J.-M. (2014). Psychotherapy across languages: Beliefs, attitudes and practices of monolingual and multilingual therapists with their multilingual patients. Language and Psychoanalysis, 3(2).
https://journals.ed.ac.uk/languageandpsychoanalysis/article/view/1165