В эмиграции Александр* потерял работу. Когда-то он работал в компании в стране Восточной Европы. Александр был отличным специалистом, и компания предложила ему переехать в страну Западной Европы, чтобы быть поближе к заказчику.
И вначале всё складывалось очень удачно. Но COVID и, позднее, изменения в геополитической ситуации, а также ИИ изменили рынок. Компания, в которой работал Александр, этого всего не выдержала. Начались сокращения — первая волна, вторая, третья… Он долго держался, потому что ему нравилось то, что он делал, и компания признавала его техническую компетентность. Но в конце концов без работы остался и Александр.
Он сидел за столом перед монитором и писал своё резюме. Второй раз в жизни.
Забытая история поиска работы
Первый раз он искал работу очень давно. Тогда, отработав обязательное распределение, Александр подавался на вакансию в компанию своей мечты. Он был очень не уверен в себе и своих навыках. Он боялся, что ему откажут, сильно нервничал.
Но его взяли. Только тот период ожидания, наполненный неуверенностью, страхом и надеждой, в памяти остался. Причём без малейшего желания повторять.
Поэтому в компании своей мечты Александр очень старался. И у него получалось.
Александр стал суперкомпетентен в технических задачах. Он мог похвастаться многими удачными проектами. К нему приходили рекрутёры один за другим, пробуя переманить его в другую компанию.
Но у Александра, с одной стороны, была работа его мечты. А с другой, он очень не хотел опять пережить ситуацию неуверенности, страха и ожидания решения о том, подходит ли он где-то в другом месте.
Но последнее на ум приходило не в таком виде. Скорее у него была защитная реакция — он чувствовал презрение к тем, кто вынужден был писать резюме, чтобы найти себе достойную работу. К нему рекрутёры приходили сами.
Флэшбэк в эмиграции
Теперь же Александр был вынужден сидеть над написанием собственного резюме. Да, рынок стал совсем другим. А Александра охватили неуверенность и страх, как при написании первого резюме.
Так для него началась профессиональная адаптация в эмиграции, к которой он, как оказалось, совсем не был готов.
Он знал, какие проекты вытянул, какие решения придумал, где именно его компетентность оказалась критичной. Но не мог написать об этом от первого лица. Как будто блок стоял какой-то. Формулировки казались хвастливыми. Он хотел сделать их скромнее. И делал вначале.
Рекрутёры в Европе ему отвечали редко. И он завалил все первые интервью либо на этапе разговора с рекрутёром, либо на следующем.
Уехать домой, в свою страну, уже возможности не было. Всё поменялось. И надо было «что-то кушать и чем-то платить за ипотеку» здесь.
Иногда новое – это хорошо забытое старое
Сжигаемый тревогой и страхом, Александр, стиснув зубы, озлобился на свою неуверенность и пустился в отчаянные эксперименты.
Да — резюме сначала проверяют роботы, да — миллион похожих и 100% подходящих на одну вакансию, да — надо понять, чего ожидает нанимающий менеджер, да — надо подать знания так, чтобы это было уважительно по отношению к другим… и ещё миллион всяких других «да», которые ему пришлось принять.
Но однажды Александр обнаружил, что он «втянулся» и, несмотря на тревогу и страх, ситуация его стала увлекать.
Это было удивительно неожиданно. То, что он раньше ненавидел и презирал, теперь стало доставлять удовольствие.
«Я изменился или я таким и был, просто из-за страха и отсутствия жёсткой необходимости не развивал в себе это?» — такой внутренний вопрос появился у Александра.
Профессиональная адаптация в эмиграции
Эмиграция** иногда даёт больше пространства тем частям человека, которым в прежней среде было трудно проявиться.
С Александром происходило что-то похожее.
Долгие годы ему было достаточно быть технически сильным. А умение представить себя, принять чужую и, возможно, негативную оценку, разобраться в интересах других и показать свой опыт немного «сбоку» — всё это почти не нужно было. У него и так было всё, чего он хотел.
И вот в чужой стране с изменившимся рынком вместе со страхом у него начали проявляться способности, которых в собственном представлении о себе почти не было.
Профессиональная адаптация в эмиграции стала для Александра ещё и исследованием собственных возможностей.
Действительно ли новое — моё?
Сначала всё можно было объяснить острой необходимостью. Новые рынок и страна плюс другие правила поиска работы. Александр просто учился делать то, что сделал бы всякий другой на его месте.
Но это было условием необходимым, но не достаточным. Необходимость не объясняла, почему через какое-то время ему стало реально интересно.
Тогда Александр стал склоняться к мысли, что такие способности были у него и раньше. Но тревога и неуверенность в себе заставили его отказаться от их развития. Тогда, давно, он сфокусировался на том, что было востребовано окружающей средой. В каком-то смысле это позволило ему выжить, но, возможно, это было в ущерб его аутентичности. Но бывает, что выжить важнее.
Александр получил офер на техническую роль и устроился на новое место. С работой всё наладилось.
А исследование себя стало привычным занятием, и Александра интересовал уже следующий вопрос.
Сохранится ли интерес к рассказыванию о том, что он делает, и к интерпретации своего опыта для чужих людей после того, как угрозы остаться без средств уже нет?
У него появилось ощущение, что то новое, что начало складываться, всё-таки имело собственную историю.
Конфликт старого и нового знания о себе
Проблема была в том, что новое плохо сочеталось с тем, как Александр привык себя понимать.
Теперь оказалось, что ему нравится не только хорошо делать техническую часть работы.
В какой-то момент он не мог просто принять это как часть своего «Я». Потому что он избегал той неуверенности и страха, которые были связаны с проявлением этих качеств ещё во время первого поиска работы.
Александр занимался с психотерапевтом и стал понимать защитный механизм своего прежнего отношения к этим качествам. Презрение к самопрезентации хорошо помогало ему держаться подальше от ситуаций, где другой человек оценивает его и решает, достаточно ли он хорош. Но вместе с этим Александр держался подальше и от собственного желания быть заметным, влиять и получать удовольствие от признания.
Присвоить новое
После устройства на новую работу история, конечно, не закончилась «залеганием» на роль.
Навыки, которые пришлось развить во время поиска, начали приносить дополнительные дивиденды.
Адаптация к новой профессиональной среде продолжалась, но уже по-другому.
Александр стал чаще участвовать в обсуждении договоров с заказчиками. Раньше он избегал «болтовни» и с удовольствием оставлял её аккаунтам, сэйлзам и руководителям. Теперь ему было интересно самому обсуждать, что именно получает клиент, как описать ценность технического решения, найти баланс между обещанием и тем, что команда действительно сможет сделать. Чтобы результат устраивал всех.
Со временем он стал частью CTO-организации компании.
*- Это сборная история, имя – не настоящее. Хоть подобных ситуаций сейчас много – все совпадения случайны.
**- Как и любое другое кардинальное изменение жизни
Подробнее о моей работе в Кракове — очно и онлайн — можно прочитать на странице психолог в Кракове на русском языке. Об онлайн-работе с людьми из других городов и стран — на странице русскоязычный психолог онлайн.